¹

Валтаса́ръ ца́рь сотворѝ ве́черю ве́лїю вельмо́жамъ свои̑мъ ты́сѧщи мꙋжє́мъ,

¹

ΕΓΩ Ναβουχοδονόσορ εὐθηνῶν ἤμην ἐν τῷ οἴκῳ μου καὶ εὐθαλῶν.

²

пред̾ ты́сѧщею же вїно̀, и҆ пїѧ̀ валтаса́ръ речѐ при вкꙋше́нїи вїна̀, є҆́же принестѝ сосꙋ́ды зла̑ты и҆ срє́брѧны, ꙗ҆̀же и҆знесѐ навꙋходоно́соръ ѻ҆те́цъ є҆гѡ̀ и҆з̾ хра́ма (гдⷭ҇а бг҃а), и҆́же во і҆ерⷭ҇ли́мѣ, и҆ да пїю́тъ въ ни́хъ ца́рь и҆ вельмѡ́жи є҆гѡ̀, и҆ налѡ́жницы є҆гѡ̀ и҆ возлежа́щыѧ (ѡ҆́крестъ) є҆гѡ̀.

²

ἐνύπνιον εἶδον, καὶ ἐφοβέρισέ με, καὶ ἐταράχθην ἐπὶ τῆς κοίτης μου, καὶ αἱ ὁράσεις τῆς κεφαλῆς μου ἐτάραξάν με.

³

И҆ принесо́ша сосꙋ́ды златы̑ѧ и҆ срє́брѧныѧ, ꙗ҆̀же и҆знесѐ (навꙋходоно́соръ ца́рь) и҆з̾ хра́ма гдⷭ҇а бг҃а, и҆́же во і҆ерⷭ҇ли́мѣ: и҆ пїѧ́хꙋ и҆́ми ца́рь и҆ вельмѡ́жи є҆гѡ̀, и҆ налѡ́жницы є҆гѡ̀ и҆ возлежа́щыѧ (ѡ҆́крестъ) є҆гѡ̀:

³

καὶ δι' ἐμοῦ ἐτέθη δόγμα τοῦ εἰσαγαγεῖν ἐνώπιόν μου πάντας τοὺς σοφοὺς Βαβυλῶνος, ὅπως τὴν σύγκρισιν τοῦ ἐνυπνίου γνωρίσωσί μοι.

⁴

пїѧ́хꙋ вїно̀ и҆ похвали́ша бо́ги златы̑ѧ и҆ срє́брѧныѧ, и҆ мѣ̑дѧныѧ и҆ желѣ̑зныѧ, и҆ дрєвѧ́ныѧ и҆ ка́мєнныѧ, а҆ бг҃а вѣ́чнаго не благослови́ша, и҆мꙋ́щаго вла́сть дꙋ́ха и҆́хъ.

⁴

καὶ εἰσεπορεύοντο οἱ ἐπαοιδοί, μάγοι, γαζαρηνοί, Χαλδαῖοι, καὶ τὸ ἐνύπνιον ἐγὼ εἶπα ἐνώπιον αὐτῶν, καὶ τὴν σύγκρισιν αὐτοῦ οὐκ ἐγνώρισάν μοι,

⁵

Въ то́й ча́съ и҆зыдо́ша пе́рсты рꙋкѝ человѣ́чи и҆ писа́хꙋ проти́вꙋ лампа́ды на повапле́нїи стѣны̀ до́мꙋ царе́ва, и҆ ца́рь ви́дѧше пе́рсты рꙋкѝ пи́шꙋщїѧ.

⁵

ἕως ἦλθε Δανιήλ, οὗ τὸ ὄνομα Βαλτάσαρ κατὰ τὸ ὄνομα τοῦ Θεοῦ μου, ὃς πνεῦμα Θεοῦ ἅγιον ἐν ἑαυτῷ ἔχει, καὶ τὸ ἐνύπνιον ἐνώπιον αὐτοῦ εἶπα·

⁶

Тогда̀ царю̀ зра́къ и҆змѣни́сѧ, и҆ размышлє́нїѧ є҆гѡ̀ смꙋща́хꙋ є҆го̀, и҆ соꙋ́зы чре́слъ є҆гѡ̀ разслаблѧ́хꙋсѧ, и҆ кѡлѣ́на є҆гѡ̀ сража́стасѧ:

⁶

Βαλτάσαρ ὁ ἄρχων τῶν ἐπαοιδῶν, ὃν ἐγὼ ἔγνων ὅτι πνεῦμα Θεοῦ ἅγιον ἐν σοὶ καὶ πᾶν μυστήριον οὐκ ἀδυνατεῖ σε, ἄκουσον τὴν ὅρασιν τοῦ ἐνυπνίου μου, οὗ εἶδον, καὶ τὴν σύγκρισιν αὐτοῦ εἰπόν μοι·

⁷

и҆ возопѝ ца́рь си́лою, є҆́же ввестѝ волхвѡ́въ, халде́євъ, газари́нѡвъ: и҆ речѐ ца́рь мꙋ̑дрымъ вавѷлѡ́нскимъ: и҆́же прочте́тъ писа́нїе сїѐ и҆ ра́зꙋмъ є҆гѡ̀ возвѣсти́тъ мнѣ̀, то́й въ багрѧни́цꙋ ѡ҆блече́тсѧ, и҆ гри́вна злата́ѧ на вы́ю є҆гѡ̀, и҆ тре́тїй во ца́рствѣ мое́мъ ѡ҆блада́ти на́чнетъ.

⁷

ἐπὶ τῆς κοίτης μου ἐθεώρουν, καὶ ἰδοὺ δένδρον ἐν μέσῳ τῆς γῆς, καὶ τό ὕψος αὐτοῦ πολύ.

⁸

И҆ вхожда́хꙋ всѝ мꙋ́дрїи ко царю̀ и҆ не можа́хꙋ писа́нїѧ прочестѝ, ни ра́зꙋма царю̀ возвѣсти́ти.

⁸

ἐμεγαλύνθη τὸ δένδρον καὶ ἴσχυσε, καὶ τὸ ὕψος αὐτοῦ ἔφθασεν ἕως τοῦ οὐρανοῦ καὶ τὸ κῦτος αὐτοῦ εἰς τὸ πέρας ἁπάσης τῆς γῆς·

⁹

Ца́рь же валтаса́ръ возмѧте́сѧ, и҆ зра́къ є҆гѡ̀ и҆змѣни́сѧ на не́мъ, и҆ вельмѡ́жи є҆гѡ̀ смꙋща́хꙋсѧ.

⁹

τὰ φύλλα αὐτοῦ ὡραῖα, καὶ ὁ καρπὸς αὐτοῦ πολύς, καὶ τροφὴ πάντων ἐν αὐτῷ· καὶ ὑποκάτω αὐτοῦ κατεσκήνουν τὰ θηρία τὰ ἄγρια, καὶ ἐν τοῖς κλάδοις αὐτοῦ κατῴκουν τὰ ὄρνεα τοῦ οὐρανοῦ, καὶ ἐξ αὐτοῦ ἐτρέφετο πᾶσα σάρξ.

¹⁰

И҆ вни́де цари́ца въ до́мъ пи́рный, и҆ речѐ цари́ца: царю̀ во вѣ́ки живѝ: да не смꙋща́ютъ тебѐ размышлє́нїѧ твоѧ̑, и҆ зра́къ тво́й да не и҆змѣнѧ́етсѧ:

¹⁰

ἐθεώρουν ἐν ὁράματι τῆς νυκτὸς ἐπὶ τῆς κοίτης μου, καὶ ἰδοὺ εἲρ καὶ ἅγιος ἀπ' οὐρανοῦ κατέβη

¹¹

є҆́сть мꙋ́жъ во ца́рствѣ твое́мъ, въ не́мже дх҃ъ бж҃їй: и҆ во дни̑ ѻ҆тца̀ твоегѡ̀ бо́дрость и҆ смы́слъ ѡ҆брѣ́тесѧ въ не́мъ, и҆ ца́рь навꙋходоно́соръ ѻ҆те́цъ тво́й кнѧ́зѧ поста́ви є҆го̀ волхвѡ́мъ, ѡ҆баѧ́телємъ, халде́ємъ, газари́нѡмъ,

¹¹

καὶ ἐφώνησεν ἐν ἰσχύϊ καὶ οὕτως εἶπε· ἐκκόψατε τὸ δένδρον καὶ ἐκτίλατε τοὺς κλάδους αὐτοῦ καὶ ἐκτινάξατε τὰ φύλλα αὐτοῦ καὶ διασκορπίσατε τὸν καρπὸν αὐτοῦ· σαλευθήτωσαν τὰ θηρία ὑποκάτωθεν αὐτοῦ καὶ τὰ ὄρνεα ἀπὸ τῶν κλάδων αὐτοῦ·

¹²

ꙗ҆́кѡ дꙋ́хъ преиз̾ѻби́лный (бѧ́ше) въ не́мъ, и҆ премꙋ́дрость и҆ смы́слъ (ѡ҆брѣ́тесѧ) въ не́мъ, сказꙋ́ѧ сны̀ и҆ возвѣща́ѧ сокровє́ннаѧ и҆ разрѣша́ѧ соꙋ́зы, данїи́лъ, и҆ ца́рь наречѐ и҆́мѧ є҆мꙋ̀ валтаса́ръ: нн҃ѣ оу҆́бо да призове́тсѧ, и҆ сказа́нїе є҆гѡ̀ возвѣсти́тъ тебѣ̀.

¹²

πλὴν τὴν φυὴν τῶν ριζῶν αὐτοῦ ἐν τῇ γῇ ἐάσατε καὶ ἐν δεσμῷ σιδηρῷ καὶ χαλκῷ καὶ ἐν τῇ χλόῃ τῇ ἔξω, καὶ ἐν τῇ δρόσῳ τοῦ οὐρανοῦ κοιτασθήσεται, καὶ μετὰ τῶν θηρίων ἡ μερὶς αὐτοῦ ἐν τῷ χόρτῳ τῆς γῆς.

¹³

Тогда̀ данїи́лъ введе́нъ бы́сть пред̾ царѧ̀. И҆ речѐ ца́рь данїи́лꙋ: ты̀ лиє҆сѝ данїи́лъ, ѿ сынѡ́въ плѣ̑нникъ і҆ꙋде́йскихъ, и҆̀хже приведѐ навꙋходоно́соръ ца́рь ѻ҆те́цъ мо́й;

¹³

ἡ καρδία αὐτοῦ ἀπὸ τῶν ἀνθρώπων ἀλλοιωθήσεται, καὶ καρδία θηρίου δοθήσεται αὐτῷ, καὶ ἑπτὰ καιροὶ ἀλλαγήσονται ἐπ' αὐτόν.

¹⁴

слы́шахъ ѡ҆ тебѣ̀, ꙗ҆́кѡ дх҃ъ бж҃їй въ тебѣ̀, и҆ бо́дрость и҆ смы́слъ и҆ премꙋ́дрость и҆з̾ѻби́лна ѡ҆брѣ́тесѧ въ тебѣ̀:

¹⁴

διὰ συγκρίματος εἲρ ὁ λόγος, καὶ ρῆμα ἁγίων τὸ ἐπερώτημα, ἵνα γνῶσιν οἱ ζῶντες ὅτι Κύριός ἐστιν ὁ ὕψιστος τῆς βασιλείας τῶν ἀνθρώπων, καὶ ᾧ ἐὰν δόξῃ, δώσει αὐτὴν καὶ ἐξουδένωμα ἀνθρώπων ἀναστήσει ἐπ' αὐτήν.

¹⁵

и҆ нн҃ѣ внидо́ша пред̾ мѧ̀ мꙋ́дрїи, волсвѝ, газари́ни, да писа́нїе сїѐ прочтꙋ́тъ и҆ сказа̑нїѧ є҆гѡ̀ возвѣстѧ́тъ мѝ, и҆ не мого́ша возвѣсти́ти мнѣ̀:

¹⁵

τοῦτο τὸ ἐνύπνιον, ὃ εἶδον ἐγὼ Ναβουχοδονόσορ ὁ βασιλεύς, καὶ σύ, Βαλτάσαρ, τὸ σύγκριμα εἰπόν, ὅτι πάντες οἱ σοφοὶ τῆς βασιλείας μου οὐ δύνανται τὸ σύγκριμα αὐτοῦ δηλῶσαί μοι, σὺ δέ, Δανιήλ, δύνασαι, ὅτι πνεῦμα Θεοῦ ἅγιον ἐν σοί. -

¹⁶

а҆́зъ же слы́шахъ ѡ҆ тебѣ̀, ꙗ҆́кѡ мо́жеши сꙋды̀ сказа́ти: нн҃ѣ оу҆̀бо а҆́ще возмо́жеши ппса́нїе сїѐ прочестѝ и҆ сказа́нїе є҆гѡ̀ возвѣсти́ти мнѣ̀, въ багрѧни́цꙋ ѡ҆блече́шисѧ, и҆ гри́вна злата́ѧ на вы́и твое́й бꙋ́детъ, и҆ тре́тїй во ца́рствѣ мое́мъ ѡ҆блада́ти бꙋ́деши.

¹⁶

Τότε Δανιήλ, οὗ τὸ ὄνομα Βαλτάσαρ, ἀπηνεώθη ὡσεὶ ὥραν μίαν, καὶ οἱ διαλογισμοὶ αὐτοῦ συνετάρασσον αὐτόν. καὶ ἀπεκρίθη ὁ βασιλεὺς καὶ εἶπεν· Βαλτάσαρ, τὸ ἐνύπνιον καὶ ἡ σύγκρισις μὴ κατασπευσάτω σε· καὶ ἀπεκρίθη Βαλτάσαρ καὶ εἶπε· κύριε, τὸ ἐνύπνιον ἔστω τοῖς μισοῦσί σε καὶ ἡ σύγκρισις αὐτοῦ τοῖς ἐχθροῖς σου.

¹⁷

Тогда̀ ѿвѣща̀ данїи́лъ и҆ речѐ пред̾ царе́мъ: даѧ̑нїѧ: твоѧ̑ съ тобо́ю да бꙋ́дꙋтъ, и҆ да́ръ до́мꙋ твоегѡ̀ и҆но́мꙋ да́ждь, а҆́зъ же писа́нїе прочтꙋ̀ царю̀ и҆ сказа́нїе є҆гѡ̀ возвѣщꙋ̀ тебѣ̀.

¹⁷

τὸ δένδρον, ὃ εἶδες τὸ μεγαλυνθὲν καὶ τὸ ἰσχυκός, οὗ τὸ ὕψος ἔφθανεν εἰς τὸν οὐρανὸν καὶ τὸ κῦτος αὐτοῦ εἰς πᾶσαν τὴν γῆν

¹⁸

Царю̀! бг҃ъ вы́шнїй ца́рство и҆ вели́чество, и҆ че́сть и҆ сла́вꙋ дадѐ навꙋходоно́сорꙋ ѻ҆тцꙋ̀ твоемꙋ̀,

¹⁸

καὶ τὰ φύλλα αὐτοῦ εὐθαλῆ καὶ ὁ καρπὸς αὐτοῦ πολὺς καὶ τροφὴ πᾶσιν ἐν αὐτῷ, ὑποκάτω αὐτοῦ κατῴκουν τὰ θηρία τὰ ἄγρια καὶ ἐν τοῖς κλάδοις αὐτοῦ κατεσκήνουν τὰ ὄρνεα τοῦ οὐρανοῦ,

¹⁹

и҆ ѿ вели́чества, є҆́же є҆мꙋ̀ дадѐ, всѝ лю́дїе, племена̀, ꙗ҆зы́цы бѧ́хꙋ трепе́щꙋще и҆ боѧ́щесѧ ѿ лица̀ є҆гѡ̀: и҆̀хже хотѧ́ше оу҆бива́ше, и҆ и҆̀хже хотѧ́ше бїѧ́ше, и҆ и҆̀хже хотѧ́ше возвыша́ше, и҆ и҆̀хже хотѧ́ше, то́й смирѧ́ше:

¹⁹

σὺ εἶ, βασιλεῦ, ὅτι ἐμεγαλύνθης καὶ ἴσχυσας καὶ ἡ μεγαλωσύνη σου ἐμεγαλύνθη καὶ ἔφθασεν εἰς τὸν οὐρανὸν καὶ ἡ κυριεία σου εἰς τὰ πέρατα τῆς γῆς.

²⁰

и҆ є҆гда̀ вознесе́сѧ се́рдце є҆гѡ̀ и҆ оу҆тверди́сѧ дꙋ́хъ є҆гѡ̀ є҆́же презо́рствовати, сведе́сѧ ѿ престо́ла ца́рства, и҆ сла́ва и҆ че́сть ѿѧ́сѧ ѿ негѡ̀,

²⁰

καὶ ὅτι εἶδεν ὁ βασιλεὺς εἲρ καὶ ἅγιον καταβαίνοντα ἀπὸ τοῦ οὐρανοῦ, καὶ εἶπεν· ἐκτίλατε τὸ δένδρον καὶ διαφθείρατε αὐτό, πλὴν τὴν φυὴν τῶν ριζῶν αὐτοῦ ἐν τῇ γῇ ἐάσατε καὶ ἐν δεσμῷ σιδηρῷ καὶ ἐν χαλκῷ καὶ ἐν τῇ χλόῃ τῇ ἔξω, καὶ ἐν τῇ δρόσῳ τοῦ οὐρανοῦ αὐλισθήσεται, καὶ μετὰ θηρίων ἀγρίων ἡ μερὶς αὐτοῦ, ἕως οὗ ἑπτὰ καιροὶ ἀλλοιωθῶσιν ἐπ' αὐτόν,

²¹

и҆ ѿ человѣ̑къ ѿгна́сѧ, и҆ се́рдце є҆гѡ̀ со ѕвѣрьмѝ ѿда́сѧ, и҆ житїѐ є҆гѡ̀ со ди́вїими ѻ҆слы̑, и҆ траво́ю а҆́ки вола̀ пита́хꙋ є҆го̀, и҆ ѿ росы̀ небе́сныѧ ѡ҆роси́сѧ тѣ́ло є҆гѡ̀, до́ндеже оу҆разꙋмѣ̀, ꙗ҆́кѡ владѣ́етъ бг҃ъ вы́шнїй ца́рствомъ человѣ́ческимъ, и҆ є҆мꙋ́же хо́щетъ, да́стъ є҆̀.

²¹

τοῦτο ἡ σύγκρισις αὐτοῦ, βασιλεῦ. καὶ σύγκριμα ῾Υψίστου ἐστίν, ὃ ἔφθασεν ἐπὶ τὸν κύριόν μου τὸν βασιλέα,

²²

И҆ ты̀ оу҆̀бо, сы́не є҆гѡ̀ валтаса́ре, не смири́лъ є҆сѝ се́рдца твоегѡ̀ пред̾ гдⷭ҇емъ: не всѧ̑ ли сїѧ̑ вѣ́далъ є҆сѝ;

²²

καὶ σὲ ἐκδιώξουσιν ἀπὸ τῶν ἀνθρώπων, καὶ μετὰ θηρίων ἀγρίων ἔσται ἡ κατοικία σου, καὶ χόρτον ὡς βοῦν ψωμιοῦσί σε καὶ ἀπὸ τῆς δρόσου τοῦ οὐρανοῦ αὐλισθήσῃ, καὶ ἑπτὰ καιροὶ ἀλλαγήσονται ἐπὶ σέ, ἕως οὗ γνῷς ὅτι κυριεύει ὁ ῞Υψιστος τῆς βασιλείας τῶν ἀνθρώπων, καὶ ᾧ ἂν δόξῃ, δώσει αὐτήν.

²³

но на гдⷭ҇а бг҃а нбⷭ҇наго возне́слсѧ є҆сѝ, и҆ сосꙋ́ды хра́ма є҆гѡ̀ принесо́ша пред̾ тебѐ, ты́ же и҆ вельмѡ́жи твоѝ, и҆ налѡ́жницы твоѧ̑ и҆ возлежа́щыѧ (ѡ҆́крестъ) тебє̀, вїно̀ пїѧ́сте и҆́ми: и҆ бо́ги златы̑ѧ и҆ срє́брѧныѧ, и҆ мѣ̑дѧныѧ и҆ желѣ̑зныѧ, и҆ ка́мєнныѧ и҆ древѧ̑ныѧ, и҆̀же ни ви́дѧтъ, ни слы́шатъ, ни разꙋмѣ́ютъ, похвали́лъ є҆сѝ, а҆ бг҃а, оу҆ негѡ́же дыха́нїе твоѐ въ рꙋцѣ̀ є҆гѡ̀, и҆ всѝ пꙋтїѐ твоѝ, того̀ не просла́вилъ є҆сѝ.

²³

καὶ ὅτι εἶπαν· ἐάσατε τὴν φυὴν τῶν ριζῶν τοῦ δένδρου, ἡ βασιλεία σου σοὶ μενεῖ, ἀφ' ἧς ἂν γνῷς τὴν ἐξουσίαν τὴν οὐράνιον.

²⁴

Сегѡ̀ ра́ди ѿ лица̀ є҆гѡ̀ по́слани бы́ша пе́рсты рꙋчні́и и҆ писа́нїе сїѐ вчини́ша.

²⁴

διὰ τοῦτο, βασιλεῦ, ἡ βουλή μου ἀρεσάτω σοι καὶ τὰς ἁμαρτίας σου ἐν ἐλεημοσύναις λύτρωσαι καὶ τὰς ἀδικίας ἐν οἰκτιρμοῖς πενήτων· ἴσως ἔσται μακρόθυμος τοῖς παραπτώμασί σου ὁ Θεός. -

²⁵

Се́ же є҆́сть писа́нїе вчине́ное: манѝ, ѳеке́л, фа́рес.

²⁵

Ταῦτα πάντα ἔφθασεν ἐπὶ Ναβουχοδονόσορ τὸν βασιλέα.

²⁶

Сѐ сказа́нїе глаго́ла: манѝ, и҆змѣ́ри бг҃ъ ца́рство твоѐ и҆ сконча̀ є҆̀:

²⁶

μετὰ δωδεκάμηνον ἐπὶ τῷ ναῷ τῆς βασιλείας αὐτοῦ ἐν Βαβυλῶνι περιπατῶν

²⁷

ѳеке́л, поста́висѧ въ мѣ́рилѣхъ и҆ ѡ҆брѣ́тесѧ лиша́емо:

²⁷

ἀπεκρίθη ὁ βασιλεὺς καὶ εἶπεν· οὐχ αὕτη ἐστὶ Βαβυλὼν ἡ μεγάλη, ἣν ἐγὼ ᾠκοδόμησα εἰς οἶκον βασιλείας ἐν τῷ κράτει τῆς ἰσχύος μου εἰς τιμὴν τῆς δόξης μου;

²⁸

фа́рес, раздѣли́сѧ ца́рство твоѐ и҆ даде́сѧ ми́дѡмъ и҆ пе́рсѡмъ.

²⁸

ἔτι τοῦ λόγου ἐν τῷ στόματι τοῦ βασιλέως ὄντος, φωνὴ ἀπ' οὐρανοῦ ἐγένετο· σοὶ λέγουσι, Ναβουχοδονόσορ βασιλεῦ, ἡ βασιλεία παρῆλθεν ἀπὸ σοῦ,

²⁹

И҆ речѐ валтаса́ръ: (ѡ҆блецы́те и҆̀). И҆ ѡ҆блеко́ша данїи́ла въ багрѧни́цꙋ, и҆ гри́внꙋ златꙋ́ю возложи́ша на вы́ю є҆гѡ̀, и҆ проповѣ́да ѡ҆ не́мъ, є҆́же бы́ти є҆мꙋ̀ кнѧ́зю тре́тїемꙋ во ца́рствѣ є҆гѡ̀.

²⁹

καὶ ἀπὸ τῶν ἀνθρώπων σέ ἐκδιώξουσι, καὶ μετὰ θηρίων ἀγρίων ἡ κατοικία σου καὶ χόρτον ὡς βοῦν ψωμιοῦσί σε, καὶ ἑπτὰ καιροὶ ἀλλαγήσονται ἐπὶ σέ, ἕως οὗ γνῷς, ὅτι κυριεύει ὁ ῞Υψιστος τῆς βασιλείας τῶν ἀνθρώπων, καὶ ᾧ ἂν δόξῃ, δώσει αὐτήν.

³⁰

Валтаса́ра царѧ̀ халде́йска оу҆би́ша въ тꙋ̀ но́щь,

³⁰

αὐτῇ τῇ ὥρᾳ ὁ λόγος συνετελέσθη ἐπὶ Ναβουχοδονόσορ, καὶ ἀπὸ τῶν ἀνθρώπων ἐξεδιώχθη καὶ χόρτον ὡς βοῦς ἤσθιε, καὶ ἀπὸ τῆς δρόσου τοῦ οὐρανοῦ τὸ σῶμα αὐτοῦ ἐβάφη, ἕως οὗ αἱ τρίχες αὐτοῦ ὡς λεόντων ἐμεγαλύνθησαν καὶ οἱ ὄνυχες αὐτοῦ ὡς ὀρνέων. -

³¹

да́рїй же ми́дѧнинъ прїѧ̀ ца́рство, сы́й шести́десѧти и҆ двою̀ лѣ́тъ.

³¹

Καὶ μετὰ τὸ τέλος τῶν ἡμερῶν ἐγὼ Ναβουχοδονόσορ τοὺς ὀφθαλμούς μου εἰς τὸν οὐρανὸν ἀνέλαβον, καὶ αἱ φρένες μου ἐπ' ἐμὲ ἐπεστράφησαν, καὶ τῷ ῾Υψίστῳ ηὐλόγησα καὶ τῷ ζῶντι εἰς τὸν αἰῶνα ᾔνεσα καὶ ἐδόξασα, ὅτι ἡ ἐξουσία αὐτοῦ ἐξουσία αἰώνιος καὶ ἡ βασιλεία αὐτοῦ εἰς γενεὰν καὶ γενεάν,