|
Глава 40
|
Κεφάλαιο 40
|
|
1
|
1
|
|
Бы́сть же по словесѣ́хъ си́хъ, согрѣши́ старѣ́йшина віна́рскъ царя́ Єги́петска и старѣ́йшина жита́рскъ господи́ну своєму́ царю́ Єги́петскому.
|
ΕΓΕΝΕΤΟ δὲ μετὰ τὰ ρήματα ταῦτα ἥμαρτεν ὁ ἀρχιοινοχόος τοῦ βασιλέως Αἰγύπτου καὶ ὁ ἀρχισιτοποιὸς τῷ κυρίῳ αὐτῶν βασιλεῖ Αἰγύπτου.
|
|
2
|
2
|
|
И разгнѣ́вася фарао́нъ на о́ба євну́хи своя́, на старѣ́йшину віна́рска и на старѣ́йшину жита́рска,
|
καὶ ὠργίσθη Φαραὼ ἐπὶ τοῖς δυσὶν εὐνούχοις αὐτοῦ, ἐπὶ τῷ ἀρχιοινοχόῳ καὶ ἐπὶ τῷ ἀρχισιτοποιῷ,
|
|
3
|
3
|
|
и вве́рже и́хъ въ темни́цу во узи́лище, въ мѣ́сто, идѣ́же Іо́сифъ вве́рженъ бя́ше.
|
καὶ ἔθετο αὐτοὺς ἐν φυλακῇ εἰς τὸ δεσμωτήριον, εἰς τὸν τόπον, οὗ ᾿Ιωσὴφ ἀπῆκτο ἐκεῖ.
|
|
4
|
4
|
|
И вручи́ и́хъ старѣ́йшина темни́цы Іо́сифу, и предста́ и́мъ: и бѣ́ста дни́ [нѣ́кія] въ темни́цѣ,
|
καὶ συνέστησεν ὁ ἀρχιδεσμώτης τῷ ᾿Ιωσὴφ αὐτούς, καὶ παρέστη αὐτοῖς· ἦσαν δὲ ἡμέρας ἐν τῇ φυλακῇ.
|
|
5
|
5
|
|
и ви́дѣста о́ба со́нъ во єди́ну но́щь: видѣ́ніє же со́нноє старѣ́йшины віна́рска и старѣ́йшины жита́рска, и́же бѣ́ста царя́ Єги́петска, су́ще въ темни́цѣ, бя́ше сіє́.
|
καὶ εἶδον ἀμφότεροι ἐνύπνιον ἐν μιᾷ νυκτί· ἡ δὲ ὅρασις τοῦ ἐνυπνίου τοῦ ἀρχιοινοχόου καὶ ἀρχισιτοποιοῦ, οἳ ἦσαν τῷ βασιλεῖ Αἰγύπτου, οἱ ὄντες ἐν τῷ δεσμωτηρίῳ, ἦν αὕτη.
|
|
6
|
6
|
|
Вни́де же къ ни́мъ Іо́сифъ зау́тра и ви́дѣ и́хъ, и бя́ху смуще́ни:
|
εἰσῆλθε δὲ πρὸς αὐτοὺς ᾿Ιωσὴφ τῷ πρωΐ καὶ εἶδεν αὐτούς, καὶ ἦσαν τεταραγμένοι.
|
|
7
|
7
|
|
и вопроша́ше євну́ховъ фарао́нихъ, и́же бы́ша съ ни́мъ въ темни́цѣ, у господи́на своєго́, глаго́ля: что́, я́ко ли́ца ва́ша уны́ла дне́сь?
|
καὶ ἠρώτα τοὺς εὐνούχους Φαραώ, οἳ ἦσαν μετ᾿ αὐτοῦ ἐν τῇ φυλακῇ παρὰ τῷ κυρίῳ αὐτοῦ, λέγων· τί ὅτι τὰ πρόσωπα ὑμῶν σκυθρωπὰ σήμερον;
|
|
8
|
8
|
|
Они́ же рѣ́ша єму́: со́нъ ви́дѣхомъ, и разсужда́яй єго́ нѣ́сть. Рече́ же и́мъ Іо́сифъ: єда́ не Бо́гомъ изъявле́ніє и́хъ є́сть? Повѣ́дите у́бо мнѣ́.
|
οἱ δὲ εἶπαν αὐτῷ· ἐνύπνιον εἴδομεν, καὶ ὁ συγκρίνων οὐκ ἔστιν αὐτό. εἶπε δὲ αὐτοῖς ᾿Ιωσήφ· οὐχὶ διὰ τοῦ Θεοῦ ἡ διασάφησις αὐτῶν ἐστι; διηγήσασθε οὖν μοι.
|
|
9
|
9
|
|
И повѣ́да старѣ́йшина віна́рскъ со́нъ сво́й Іо́сифу и рече́: во снѣ́ моє́мъ бя́ше віногра́дъ предо мно́ю:
|
καὶ διηγήσατο ὁ ἀρχιοινοχόος τὸ ἐνύπνιον αὐτοῦ τῷ ᾿Ιωσὴφ καὶ εἶπεν· ἐν τῷ ὕπνῳ μου ἦν ἄμπελος ἐναντίον μου·
|
|
10
|
10
|
|
въ віногра́дѣ же три́ лѣ́торасли, и то́й цвѣту́щь произнесе́ отра́сли, зрѣ́лы гро́зды ло́зныя:
|
ἐν δὲ τῇ ἀμπέλῳ τρεῖς πυθμένες, καὶ αὐτὴ θάλλουσα ἀνενηνοχυῖα βλαστούς· πέπειροι οἱ βότρυες σταφυλῆς.
|
|
11
|
11
|
|
и ча́ша фарао́нова въ руцѣ́ моє́й: и взя́хъ гре́знъ, и изжа́хъ о́ный въ ча́шу, и да́хъ ча́шу въ ру́ку фарао́ню.
|
καὶ τὸ ποτήριον Φαραὼ ἐν τῇ χειρί μου· καὶ ἔλαβον τὴν σταφυλὴν καὶ ἐξέθλιψα αὐτὴν εἰς τὸ ποτήριον καὶ ἔδωκα τὸ ποτήριον εἰς τὴν χεῖρα Φαραώ.
|
|
12
|
12
|
|
И рече́ єму́ Іо́сифъ: сіє́ разсужде́ніє сему́: три́ лѣ́торасли три́ дни́ су́ть:
|
καὶ εἶπεν αὐτῷ ᾿Ιωσήφ· τοῦτο ἡ σύγκρισις αὐτοῦ· οἱ τρεῖς πυθμένες τρεῖς ἡμέραι εἰσίν·
|
|
13
|
13
|
|
єще́ три́ дни́, и помяне́тъ фарао́нъ са́нъ тво́й, и па́ки поста́витъ тя́ въ старѣ́йшинство твоє́ віна́рско, и пода́си ча́шу фарао́ну въ ру́ку єго́ по са́ну твоєму́ пе́рвому, я́коже бы́лъ єси́ віноче́рпчій:
|
ἔτι τρεῖς ἡμέραι καὶ μνησθήσεται Φαραὼ τῆς ἀρχῆς σου καὶ ἀποκαταστήσει σε ἐπί τὴν ἀρχιοινοχοΐαν σου, καὶ δώσεις τὸ ποτήριον Φαραὼ εἰς τὴν χεῖρα αὐτοῦ κατὰ τὴν ἀρχήν σου τὴν προτέραν, ὡς ἦσθα οἰνοχοῶν.
|
|
14
|
14
|
|
но помяни́ мя тобо́ю, єгда́ бла́го ти́ бу́детъ, и сотвори́ши надо мно́ю ми́лость, и да помяне́ши о мнѣ́ фарао́ну, и изведе́ши мя́ от тверды́ни сея́:
|
ἀλλὰ μνήσθητί μου διὰ σεαυτοῦ, ὅταν εὖ γένηταί σοι, καὶ ποιήσεις ἐν ἐμοὶ ἔλεος καὶ μνησθήσει περὶ ἐμοῦ πρὸς Φαραὼ καὶ ἐξάξεις με ἐκ τοῦ ὀχυρώματος τούτου·
|
|
15
|
15
|
|
я́ко татьбо́ю укра́денъ бы́хъ изъ земли́ Євре́йскія, и здѣ́ ничто́ зло́ сотвори́хъ, но вверго́ша мя́ въ ро́въ се́й.
|
ὅτι κλοπῇ ἐκλάπην ἐκ γῆς ῾Εβραίων καὶ ὧδε οὐκ ἐποίησα οὐδέν, ἀλλ᾿ ἐνέβαλόν με εἰς τὸν λάκκον τοῦτον.
|
|
16
|
16
|
|
И ви́дѣ старѣ́йшина жита́рскъ, я́ко пря́мо разсуди́, и рече́ Іо́сифу: и а́зъ ви́дѣхъ со́нъ, и мня́хся три́ ко́шницы хлѣ́бовъ держа́ти на главѣ́ моє́й:
|
καὶ εἶδεν ὁ ἀρχισιτοποιός, ὅτι ὀρθῶς συνέκρινε, καὶ εἶπε τῷ ᾿Ιωσήφ· κἀγὼ εἶδον ἐνύπνιον καὶ ᾤμην τρία κανᾶ χονδριτῶν αἴρειν ἐπὶ τῆς κεφαλῆς μου·
|
|
17
|
17
|
|
въ ко́шницѣ же ве́рхней от всѣ́хъ родо́въ, я́же фарао́нъ я́стъ, дѣ́ло хлѣ́бенноє, и пти́цы небе́сныя ядя́ху та́я от ко́шницы, я́же на главѣ́ моє́й.
|
ἐν δὲ κανῷ τῷ ἐπάνω ἀπὸ πάντων τῶν γενῶν, ὧν Φαραὼ ἐσθίει ἔργον σιτοποιοῦ, καὶ τὰ πετεινὰ τοῦ οὐρανοῦ κατήσθιεν αὐτὰ ἀπὸ τοῦ κανοῦ τοῦ ἐπάνω τῆς κεφαλῆς μου.
|
|
18
|
18
|
|
Отвѣща́въ же Іо́сифъ, рече́ єму́: сіє́ разсужде́ніє єго́: три́ ко́шницы три́ дні́є су́ть:
|
ἀποκριθεὶς δὲ ᾿Ιωσὴφ εἶπεν αὐτῷ· αὕτη ἡ σύγκρισις αὐτοῦ· τὰ τρία κανᾶ τρεῖς ἡμέραι εἰσίν·
|
|
19
|
19
|
|
єще́ три́ дні́є, и отъи́метъ фарао́нъ главу́ твою́ от тебе́ и повѣ́ситъ тя́ на дре́вѣ, и изъядя́тъ пти́цы небе́сныя пло́ть твою́ от тебе́.
|
ἔτι τριῶν ἡμερῶν καὶ ἀφελεῖ Φαραὼ τὴν κεφαλήν σου ἀπὸ σοῦ καὶ κρεμάσει σε ἐπὶ ξύλου, καὶ φάγεται τὰ ὄρνεα τοῦ οὐρανοῦ τὰς σάρκας σου ἀπὸ σοῦ.
|
|
20
|
20
|
|
Бы́сть же въ де́нь тре́тій, де́нь рожде́нія бя́ше фарао́ня, и творя́ше пи́ръ всѣ́мъ отроко́мъ свои́мъ: и помяну́ старѣ́йшинство старѣ́йшины віна́рска и старѣ́йшинство старѣ́йшины жита́рска, посредѣ́ о́трокъ свои́хъ:
|
ἐγένετο δὲ ἐν τῇ ἡμέρᾳ τῇ τρίτῃ, ἡμέρα γενέσεως ἦν Φαραώ, καὶ ἐποίει πότον πᾶσι τοῖς παισὶν αὐτοῦ. καὶ ἐμνήσθη τῆς ἀρχῆς τοῦ οἰνοχόου καὶ τῆς ἀρχῆς τοῦ σιτοποιοῦ ἐν μέσῳ τῶν παίδων αὐτοῦ,
|
|
21
|
21
|
|
и поста́ви старѣ́йшину віна́рска въ старѣ́йшинство єго́: и подаде́ ча́шу въ ру́ку фарао́ню:
|
καὶ ἀποκατέστησε τὸν ἀρχιοινοχόον ἐπὶ τὴν ἀρχὴν αὐτοῦ, καὶ ἔδωκε τὸ ποτήριον εἰς τὴν χεῖρα Φαραώ,
|
|
22
|
22
|
|
старѣ́йшину же жита́рска повѣ́си [на дре́вѣ], я́коже сказа́ и́ма Іо́сифъ.
|
τὸν δὲ ἀρχισιτοποιὸν ἐκρέμασε, καθὰ συνέκρινεν αὐτοῖς ᾿Ιωσήφ.
|
|
23
|
23
|
|
И не помяну́ старѣ́йшина віна́рскъ Іо́сифа, но забы́ єго́.
|
καὶ οὐκ ἐμνήσθη ὁ ἀρχιοινοχόος τοῦ ᾿Ιωσήφ, ἀλλ᾿ ἐπελάθετο αὐτοῦ.
|
